Статьи
Рок благотворительность. Мифы и реальность
В последнее время число рок-фестивалей под звучными лозунгами неуклонно растёт. В числе прочих особо популярной является тема пропаганды здорового образа жизни. С завидным упорством и регулярностью музыканты призывают со сцены к трезвому восприятию действительности. Но насколько серьёзно они относятся к возложенной на них миссии — нести своим поклонникам «разумное-доброе-вечное»? Верят ли в реальную пользу такой работы? Что даёт выступление на подобных акциях самим артистам? И, главное, какую публику собирают эти фестивали: адекватную аудиторию, готовую внимать и при необходимости меняться, или просто привлечённую громкими и менами и зачастую бесплатным входом развесёлую толпу фанатов?



Ответы на эти и другие вопросы нам помогали найти частые гости таких мероприятий, замечательные деятели питерской рок-культуры: Михаил Семёнов (ДЕКАБРЬ), Надия Дарийчук (ТЕОРИЯ), Михаил Башаков, Алексей Мурашов (СКВОРЦЫ СТЕПАНОВА), Дмитрий Шагин, Александр «Сантёр» Лукьянов (БРИГАДНЫЙ ПОДРЯД) и Евгений «Джонсон» Ряховский (ANIMAL ДЖАZ).



Михаил Семёнов

— Вы не раз вели подобные концерты, не раз играли на них… Как вы к ним относитесь?
— Да нормально… Мы относимся вообще к любым концертам — как к концертам. Ещё одна встреча с людьми. То, что вход бесплатный — это хорошо. Но как я заметил, многих людей загоняют, заманивают какими-то подарками, а сама музыка им не нужна. И, как правило, после таких концертов армия поклонников не увеличивается.

— Ладно, музыка… А к идейной составляющей мероприятия-то кто-нибудь прислушивается?
— Кто-то прислушивается, это естественно. У нас здесь такая тема: особо не лечим и никакой демагогии не разводим. Основная задача — показать, что можно по-другому. И конечно, все эти разговоры в духе «я поторчал, а теперь я весь такой вот хороший» — они, мне кажется, не совсем правильно действуют на сознание. Складывается ощущение, что можно поторчать, а потом спокойненько быть замечательным, красивым, стоять на сцене и петь песенки под гитару. Мне как раз важно показать это. Проблема же, в основном, в том, что людям заняться нечем в нашей стране. Нет никаких перспектив у молодых ребят, и все считают, что добиться чего-то, о чём ты мечтаешь, невозможно. И люди начинают, конечно, депрессовать от этого. Поэтому задача — дать понять, что всё-таки можно чем-то заниматься. Боксом, или на гитаре играть… Тут на гитарах половина играет совершенно раздолбайских людей, которые нигде ничему не учились. И я думаю, что это доходит до какой-то части аудитории. Конечно, до кого не доходит — до тех уже ничего не дойдёт.

— Музыканты относятся к этому посылу достаточно серьёзно?
— Как у нас говорят, никто никому ничего не должен. Это же внутреннее, ты понимаешь… То есть для меня это важно. Вот если я выхожу на сцену — то я думаю, о чём пою или рассказываю. А есть просто подонки откровенные, но у них, например, хорошие песни. Люди их любят — а они несут всякую ересь.

— То есть для многих такие акции — просто рок-н-ролл безо всякой нагрузки?
— Для большинства это, естественно, просто шанс выйти на сцену, засветиться и сыграть концерт.



Надия Дарийчук

— Прежде всего, я хочу сказать, что людям, которые берутся за гитары и хотят душой делиться, не может быть безразличен человек во всех ипостасях. А когда звучит тема, несущая идею любой помощи, то мы, как творческие люди, пропускать её не имеем права. Именно мы должны в этом участвовать, в этом быть. И если будет больше подобных мероприятий, то через какое-то время образуется такая атмосфера, словно в мире всё направлено к человеку.

— Как вы думаете, концерты вроде сегодняшнего можно считать попыткой опровергнуть распространённые мифы о рок-н-ролле, как о не самой благоприятной социальной среде?
— Рок-н-ролл как таковой — это музыка поиска. То есть люди, приходящие в рок-н-ролл, чего-то ищут в жизни. Они от великой дисгармонии становятся музыкантами. И именно они, более чем кто-либо другой, могут рассказать о результатах своего поиска. Они пробовали разную жизнь: и хорошую и плохую, и трезвую и… Нетрезвую.

— Вот почему рок-музыка больше всего подходит для пропагандистских мероприятий?
— Безусловно. Если взять в противовес ту же попсу, то у этих людей совершенно другая жизнь и другие позиции. Вряд ли они чувствуют человеческую душу как таковую. Мы наблюдаем в зале четырнадцатилетних девочек и мальчиков — они только-только начинают жизнь. Для них всё — сплошная захлёбывающаяся эмоция, которую нужно где-то брать. Они не хотя учиться, им это не нужно, неинтересно… А рок, живая музыка — это тоже эмоция. Но всё-таки со стержнем, со словом, с неким откровением. И если выбирать между гламурщиной, наркоманской средой и музыкой… От нас зависит, насколько мы сможем этого человека покорить. Если мы способны — это благо, если неспособны — значит, надо трудиться.
Михаил Башаков

— Как Вы относитесь к участию в благотворительных концертах и социальных акциях?
— Я однажды поставил себе такое условие. Я понимаю, что где-то, может быть, кто-то отмывает, где-то есть нечестности… Но я принципиально буду принимать участие в таких концертах по мере своих возможностей и сил. Потому что деньги — это, в крайнем случае, второе, о чём я думаю. Но никак не первое.

— А что вы думаете насчёт действенности подобных методов?
— Знаете… У меня нет никаких социологических данных, действует это или не действует. Я верю в то, что когда проходит любой концерт, и ты заряжаешь людей добром и светом, то однажды это скажется. А если всё это ещё и окрашено в такой цвет здоровья — то я только приветствую.

— Как автор песен вы ощущаете ответственность за то, что поёте со сцены?
— Не очень люблю слово «ответственность», но чувствую, что это понятие мне близко. Я вообще счастливый человек, потому что так получается — тем, что у меня сочиняется, я устраняю в себе внешние противоречия — как, например, между свободой и ответственностью. Они всегда где-то конфликтуют: если я свободен, я не должен быть ответственным, если я ответственен — не могу быть свободным. И песнями я пытаюсь ответить себе на эти вопросы.

— Просто без прямой пропаганды?
— Да. И я предъявляю к себе самые высокие требования. Хорошая песня не должна быть ни нравоучительной, ни поучительной. В ней должен быть естественный свет, настоящая энергия. И поэтому ответственность замыкается перед самим собой. Я же не могу, грубо говоря, себе туфту гнать!



Алексей Мурашов

— Как вы относитесь к подобным благотворительным и социальным акциям? Насколько они действенны?
— На самом деле, положительно. Действенны — ровно настолько, насколько люди вкладываются. То есть если это участие для галочки — то, конечно, нет. Если человек вкладывает душу — то, конечно, да.

— А это работает с точки зрения практического смысла?
— Я так понимаю, что если из, допустим, трёх тысяч человек, которые там присутствуют, даже один задумается о чём-то и примет правильное жизненное решение, то всё оправдано.

— Что ещё полезного могут делать творческие люди сфере социальной работы?

— В любом случае, мы несём разумное-доброе-вечное. И то, что мы делаем — это единственно возможное, что мы можем сделать.

— Вы как-то специально готовитесь к таки концертам?
— Безусловно, мы подбираем песни под формат мероприятия. Хотя, честно говоря, если воспринимать нас поверхностно — то мы, в общем, поём ни о чём. А если задуматься — то, конечно, стараемся. Основная идея, которую мы несём — это позитив.



Дмитрий Шагин

— Вообще, мы регулярно участвуем в акциях вроде «Мы выбираем жизнь». Потому что мы также давно участвуем в программе анонимных алкоголиков «12 шагов», которая помогает трезветь. Это очень связано. Трезвая олимпиада (уже 12-я, которую мы проводили) — путь к тому, как трезвее быть весёлым и счастливым, заниматься физкультурой и спортом.

— На ваш взгляд, подобные концерты действительно помогают людям, которые сюда приходят, проникнуться атмосферой здорового образа жизни?
— Я так скажу: даже если это один человек спасся, то мы не зря всё это проводили. А я думаю, всё-таки больше, чем один — подходят люди и говорят, что это очень им помогло.

— То есть у вас есть ощущение такой социальной нагрузки искусства?
— Безусловно. И я открою секрет. Есть такой принцип: если ты помог другому выздороветь, то ты тем самым помог и себе.
Александр «Сантёр» Лукьянов

— Прежде всего, не могу не спросить, как сочетается идеология панк-рока с ценностями, пропагандируемыми на благотворительных акциях.
— Смотри… Я не уверен, что организаторы фестивалей чётко себе представляют то, что сейчас принято называть градациями в музыке. И поэтому я не в первый раз слышу этот вопрос — как группа, имеющая на себе пожизненное клеймо панк-рокеров, вписывается в такие вот мероприятия, где за основу берутся вещи, противоположные нам по образу жизни? Но ведь мне 44 года. И да, у меня были всякие нехорошие излишества в жизни. Сейчас, при помощи организаторов, у меня есть возможность показать ребятам, которые пришли сегодня посмотреть на нас и на другие коллективы, что можно веселиться от простых вещей. И незачем усложнять себе жизнь алкоголем, наркотиками и всем остальным. Я это понял чуть позже, чем они, потому что я старше. А большинству находящихся в зале — около двадцати. Понимаешь, из первого состава БРИГАДНОГО ПОДРЯДА выжил я один. И те, кто знакомы с историей группы, должны понимать, почему это произошло.

— Как вы думаете, такие акции имею практическую ценность?
— Ты смотрел старый отечественный кинофильм «Зеркало для героя»? Там, где один день зациклился, как в «Дне сурка», который потом в Голливуде был сделан. Человек, который в этом крутится, как белка в колесе, произносит: «Ты знаешь, я им каждый день говорю одно и то же, а у меня такое впечатление, что они меняются». Даже если один человек что-то вынесет для себя, это уже будет означать успех, и не надо смотреть на затраченные деньги, время и всё остальное. Все сокровища мира не стоят одной-единственной слезы одного ребёнка. Здесь далеко не дети, но если кто-то улыбнулся, и ему стало легче — очень хорошо.

— А ответственность перед зрителями ощущается?
— Раньше я этого не чувствовал. А когда начал общаться с людьми, которые говорили «я начал бухать, потому что так вёл себя Сантёр», мне стало стыдно. Вот реально стыдно, понимаешь? Может быть, да — я чувствую себя ответственным, потому что у меня есть возможность обратиться к большому количеству людей. А они видят, что я веду такой вот образ жизни, достаточно странный, и думают, что у них обязательно станет всё в порядке, если они начнут делать как я! Это не так. У меня наоборот нормально всё получается вопреки тем вещам, которые со мной происходили. Если у них хватит мозгов это понять — уже хорошо.
Евгений «Джонсон» Ряховский

— Какое у вас отношение к благотворительности и социально ориентированным акциям?
— Забавный вопрос, очень кстати. За все 10 лет существования группы никогда не поступало столько весомых и достойных предложений, как в последний год. В СКК, «Зале Ожидания», «Юбилейном» — целая серия концертов. И ещё расскажу секрет. Поступило предложение сыграть в новгородской тюрьме. На самом деле, за 10 лет группу стали слушать и в тюрьмах, и в армии, и на заводах, и в клубах, и дома. Наверно, мы согласимся и поддержим людей, которые сидят — может быть, заслуженно, а может быть, и нет. Неважно, это же — люди, да? Сделаем им добро. Так что мы хорошо относимся, особенно в последнее время.

— А такие концерты имеют практический смысл в плане поддержки людей, страдающих наркотической зависимостью, или просто пропаганды здорового образа жизни?

— Да, они имеют смысл, но только если будут делаться не в несколько дней, а в один — это сто процентов. И в этот день будет не просто концертная программа выставлена, а будет некая взаимосвязь с детскими домами или больницами. Мы общались с другими музыкантами, которые уже имели к этому отношение. Они приезжали к людям ещё до выступления, встречались с ними, приглашали. Это будет иметь значение, если каждого музыканта будут подключать не только к одному лишь выходу на сцену, а ещё и к самой акции. Есть над чем поработать, короче.

— То есть для группы ANIMAL ДЖАZ имеет значение ответственность музыканта, в том числе — за то, что он говорит со сцены?
— Безусловно, да. И скажу от себя, что я даже убрал свой микрофон, чтобы воздержаться, выдержать паузу и накопить мыслей. А то 10 лет он стоял у меня постоянно… Теперь это имеет такое большое значение, что мы даже специально делаем паузы и обращаем на это внимание.



В общей массе ответы свелись к мысли «если благотворительный фестиваль поможет хоть кому-то из пришедших зрителей решить свои проблемы — значит, он состоялся не зря». Но даже через порой скептический тон музыкантов неизменно сквозит надежда на лучшее и искренняя вера в пользу своего дела. А это значит, что пока такие фестивали проходят, музыка, вопреки сложившимся представлениям и сложности жизненных ситуаций, всё-таки будет помогать людям. Даже если и по одному.

24.05.2012 в 21:39:31 | salamander | Интервью | 980
Комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]